Ирина Бетос

Она впервые увидела его в электричке.
В тот день они возвращались с подругой домой после «налета» на нескончаемую вереницу магазинов Роттердама. Она приехала к подруге в отпуск и это был ее первый шопинг за границей. Сегодня трудно чем-либо удивить россиян, тем не менее смена обстановки и декораций произвели на нее грандиозное впечатление.
Ее подруга уже год была замужем за голландцем и жила в одной из уютных, ухоженных деревушек Нидерландов. Муж, имеющий свою парикмахерскую, пользовался уважением и авторитетом среди немногочисленного населения местечка. Вот подруга и решила воспользоваться уникальной возможностью и попытаться выдать замуж за одного из клиентов мужа близкого ей человечка.
Такой свободной клиентуры «мужеского полу», что в Голландии, что в Бельгии, — как соленых огурцов в бочке. Беда местных мужиков — здешние бабы. Трудно поверить, но вся Европа так заматриархатилась, что впору счастливого семейного голландца или белга заносить в Красную книгу. Женщины имеют безумно сказочные права, благодаря которым им выгодно «носить» статус просто подруги, но никак не жены. Вот они все и разводятся. При этом для здешнего представителя сильного пола развод по сути — это трагедия, потому что после развода ему нужно начинать жить практически с нуля.
Рассчитывая на это, подруга ни на минуту не сомневалась в том, что вопрос с замужеством ее протеже — дело нескольких дней.

Абсолютно иной настрой имела сама протеже. Несмотря на то, что она отдыхала за границей всего ничего, ее взору уже был представлен один претендент, господи, мама родная: ни словом сказать, ни пером описать!
Но подруга была непреклонна: «Тебе что надо? Жить, как все нормальные бабы за границей или красивого нищего идиота рядом?» — вопрошала она всякий раз, когда ее гостья начинала махать руками.
На некоторое время они приходили к общему знаменателю, но не надолго. И не внешность «жениха» пугала ее, а его потрясающе дикая недалекость. Как оказалось, он не читал книг, не любил музыку, категорически был против посещения театров и концертных залов, он никогда не ездил в отпуск, предпочитая отдых в любимом садике за кружкой пива. Одним словом, с ним было неинтересно, некомфортно, скучно и до тошноты заунывно. «Нет уж лучше остаться одной, чем коротать отведенный остаток жизни с таким неандертальцем» — думала она, сидя в уютном кресле электрички, блаженно прикрыв глаза.
Мужской голос вывел ее из состояния задумчивости: «извините, можно мне присесть рядом с вами?» Подруга посмотрела на вопрошающего и вдруг мило заулыбалась. Как оказалось, это был еще один клиент мужа. Подруга видела его несколько раз в салоне, но не знала о его семейном положении.

Он сел напротив и внимательно, без стеснения начал разглядывать незнакомку. Было видно, что его интерес растет с каждой минутой, потому что, пока он изливал свою душу, глаза заворожено скользили по лицу и фигуре женщины. Он поведал спутницам о нелегкой жизни разведенца. Уже 8 лет он один, жена ушла от него к другому и теперь он ненавидит всех голландок и бельгиек вместе взятых. Он служит чиновником в одном из министерств и у него свой большой дом. Он устал от одиночества и очень хочет создать семью, но с женщиной русского или польского происхождения.
Она слушала его внимательно, хотя внешне он и не произвел на нее никакого впечатления. Болезненно худой, с бесцветными глазами навыкате, в костюме и с дипломатом в руке он смотрелся, как вымученный вопросительный знак. Однако она тут же уловила в нем, как ей казалось, повышенный для Европы процент интеллекта. Он ненавязчиво, как бы между прочим, уточнил срок пребывания ее в Голландии и они распрощались, когда поезд подъехал к их станции.
Приподнятое настроение подруги постепенно начало передаваться и ей. А может действительно, он послан Богом, ведь вот для чего-то же они встретились? Между тем, случайная встреча имела продолжение. Он в этот вечер позвонил своему парикмахеру, ссылаясь на то, что ему необходимо немедленно подстричься и пожаловал с визитом. Манера разговаривать и сидеть, закинув нога на ногу, и артистические жесты заядлого курильщика привлекали ее внимание. Он мог поддержать любой разговор, мог дать довольно точную оценку политического и экономического положения своей страны, при этом абсолютно не высказывая личного мнения. В результате попытка произвести впечатление на незнакомку возымела таки успех. Она согласилась с ним встречаться.

Не сказать, чтобы последующие встречи приносили ей огромное удовольствие.
Он взял несколько дней отпуска специально для нее, но при этом не предлагал ей насладиться достопримечательностями ближайших городов и деревень Голландии. Они почему-то все время гуляли по одному и тому же парку и всего лишь раз сидели в кафе с двумя бутылками колы. Встречи были однообразны еще и тем, что на протяжении всего времени он не переставал говорить о том, что она ему нравится и что он уже спит и видит, когда они поженятся. С одной стороны, это тешило тщеславие, с другой — настораживало. Она всего лишь раз была у него в гостях. И тогда дом показался ей жутко неуютным. В нем практически отсутствовала мебель, а та что была — даже по российским меркам вызывала недоумение. «Старо и ветхо», — проносилось в голове, но все это списывалось на отсутствие интереса из-за его одиночества. При этом подруга всякий раз утешала: «Приедешь и все сделаешь по своему вкусу». Что ж, так и быть: она уезжала домой, дав «честное благородное» слово вскоре вернуться насовсем.
Он писал ей практически ежедневно по интернету, что почти сошел с ума, что считает не только дни, но и часы до их встречи. Он писал, какие документы она должна незамедлительно подготовить для замужества. Ей бы «остановиться и оглянуться», но подруга даже и слышать не хотела: «Ты что, разве можно сомневаться в его честности? Ведь он не какой-то там проходимец, а все-таки интеллигент», — трещала она в телефонную трубку всякий раз, когда звонила. «Не думай ни о чем, готовь справки, увольняйся с работы, бери самые необходимые вещички и прощай Россия! Поняла? Я живу здесь уже год и такого шикарного мужика первый раз встречаю. Он часто теперь бывает у нас и не перестает говорить о тебе. Считай, что тебе крупно повезло, подруга!»

«Ох, была не была! Действительно, чего я думаю, ведь терять практически нечего!» Она жила в съемной квартире. После переезда из уже не родного ей Узбекистана, они с сыном не смогли купить за имеющиеся сбережения жилье в России. Уже повзрослевший сын предпочел жить со своей пассией отдельно и она коротала все вечера и праздничные дни одна у телевизора. Работа, прежде приносящая ей огромное удовлетворение, в последнее время жутко напрягала. Она занимала довольно солидный для новоприбывшей из азиатской республики пост: руководила пресс-центром налогового управления. Ее служба обязана была разъяснять населению налоговое законодательство. Но так как сами налоговики порой не соображали в хитросплетениях существующих законов, то и разъяснять их с каждым днем становилось все труднее. Большое начальство теперь частенько выказывало свое недовольство отсутствием в прессе завуалированности налоговых «подводных камней».
Она нервничала и всякий раз, придя домой, первым долгом брала на руки огромного, рыжего кота Кешку, чтобы снять дневное напряжение. Часто наблюдая за тем, как он ласкается у ее ног, она ловила себя на мысли, что большой проблемой на время поездки будет как раз он. Сегодня домашние животные в России — обуза и вряд ли кто-нибудь позарится на Кешкину красоту. В один из разговоров по MSN, она осторожно высказала свои опасения относительно кота. И незамедлительно получила ответ: «забирай его с собой». Именно это его решение напрочь отбило у нее охоту адекватно соображать. В считанные месяцы она собралась и прикатила-таки с двумя чемоданами и своим любимцем в Голландию.

Он встречал ее с ее подругой. На дворе был декабрь и вся предновогодняя суета Европы действовала завораживающе. Впереди, как ей казалось, ее ждала жизнь, наполненная умиротворением, счастьем и радостью.
Однако оптимистичный настрой испарился, как только она вошла в дом. Обстановка в нем не изменилась, но, «благодаря» зиме он стал еще более неуютным и страшно холодным. Она в недоумении посмотрела на него. Он как будто ждал этого взгляда: «не выношу жару, сплю в холодной спальне, ем один раз в день, много пью кофе и курю. Тебе придется привыкать к моему образу жизни», — поставил он все точки над «i».
Поначалу она решила, что он шутит, но к вечеру уже было ясно: не только привыкать, а и ломать себя действительно придется. Что ж, успокаивала она себя, зима в конце концов не вечна, да и Голландия — не Сибирь. Выпив чашечку кофе и немного успокоившись, она села в кресло перед телевизором, крепко обняв своего кота. Кешка теперь ни на секунду не покидал ее колен. Он почему-то сразу возненавидел и дом, куда его привезли, и хозяина. Стоило ей на мгновение исчезнуть из Кешкиного поля зрения, как животное начинало метаться из стороны в сторону с завыванием, все сметая на своем пути. Она списывала это на незнакомую среду, к которой, естественно, кот тоже должен был привыкать. Немного согревшись от кошачьего тепла и пледа, она стала успокаиваться.
Он копошился в ванной комнате, видимо готовясь ко сну. Она пыталась не думать о предстоящей ночи, отвлекаясь просмотром мультиков. Он подошел к ней и присел рядом. Она, улыбаясь взглянула на него и замерла… Перед ней сидел… другой человек. В первую минуту она не могла понять что в нем так сильно изменилось, но когда поняла, пришла в ужас: у будущего супруга оказались вставные челюсти, которые он сейчас снял. К фигуре Кощея бессмертного теперь прибавилось еще и лицо беззубой старухи Шапокляк! Столько всего, за один вечер — это уже слишком!
Она порывисто встала, скрывая трясущийся подбородок и дрожащие руки и направилась в душ. Ей надо было прийти в себя и она намеревалась в горячей воде успокоиться. Однако не тут-то было: он прокричал ей в след, что вода здесь очень дорогая, поэтому долго плескаться расточительно. В довершении ко всему ей предстояло таки наткнуться на пару его вставных челюстей, мирно «покоившихся» на раковине. Под предлогом усталости от дальней дороги, она вместе с котом поднялась в спальню. Спать пришлось под пятью одеялами, но она была счастлива уже тем, что он не приставал этой ночью к ней.

Наутро она в панике позвонила подруге, намереваясь немедленно возвращаться домой. Однако подруга тут же «спустила» ее с небес на землю:
— Ну и куда ты поедешь? Работы нет, жилья нет, ничего нет, ты же все продала, что у тебя было.
— И верно, ужас, что же делать?
— А ничего. Вот невидаль — вставная челюсть! Подумай лучше о том, что тебя ждет спокойная размеренная жизнь, без особых проблем. Забыла нашу антистрессовую формулу: «не волнуйся о мелочах и помни: большая часть жизни состоит из мелочей», — процитировала подруга великую мысль и положила трубку.
— И правда, чего это я так запаниковала? Привыкну, ведь самой-то тоже не 20 лет.
Между тем, наступал новый день, в котором им предстояло сделать закупки продуктов на неделю и подготовиться к встрече его двух сыновей с женами. Он намеревался познакомить ее со своей семьей. Она полностью погрузилась в хлопоты, решив смириться с его протезами. Так начиналась ее новая жизнь в Голландии, где наступал новый год, принесший много печальных минут и разочарование.

Первый конфликт произошел сразу после новогодних празднеств, в магазине. Она по обычаю шла вдоль ряда с товарами и складывала в тележку понравившиеся ей продукты, однако все, что она брала, немедленно возвращалось им обратно.
— Дорогая, месяц я разрешал тебе покупать все, что ты хочешь, лишь только потому, что этого всего ты не видела там, в своей России. Сейчас довольно. Все что ты берешь — дорого, я не привык тратить так много денег на еду.
Она была в ярости, но промолчала. Не пререкаться же в самом деле на людях. Действительно, прошел месяц ее пребывания с ним под одной крышей, но он ни разу не заговорил о документах, которые пора бы уже было снести в муниципалитет. Этим вечером, под впечатлением «магазинного» недоразумения, она в лоб задала интересующий ее вопрос. И получила ответ:
— Спокойно, дорогая, мы должны присмотреться друг к другу: женитьба — ответственный шаг.
— Что такое!? Какой шаг? О чем это он?
Он старался не смотреть на нее. В голове вспыхнула догадка, но она была этому даже рада. Она не выносила его с первой минуты, в спальню каждый раз шла, как на каторгу, однако, прекрасно понимала: первая на разрыв не пойдет. На карту была поставлена ее судьба, в которой она должна была либо выиграть, либо проиграть, но никак не по собственной инициативе. Немного помолчав, он пообещал ей, что через месяц вопрос с замужеством будет решен.

Однако, днями позже разразился другой скандал, инициатором которого на этот раз стал Кешка, решивший, видимо, отомстить за хозяйку. Как-то утром, собираясь на работу и по обыкновению идя в ванную за своими челюстями, наш «министерий» вдруг с ужасом увидел, что его протезы разбросаны по полу и кот «футболит» их то в один конец комнаты, то в другой. С криками «SOS» он ворвался в спальню. Она сладко спала под одеялами, высунув наружу только нос. Сверкая глазами, которые казалось выскочат сию минуту из орбит, он резюмировал: кот отныне будет жить в холодном сарае. С него довольно его присутствия.
Вся в расстроенных чувствах и с головной болью, она понеслась к подруге. Нужно было что-то срочно предпринимать: Кешка умрет в первую же ночь в этом его страшном чулане. Подруга была категорична: кота нужно немедленно отдавать в кошачий приют.
— Здесь неподалеку живет женщина, которая работает в этом приюте и мой муж сейчас свяжется с ней.
Она разревелась: отдать Кешку? Никогда! Он за эти три года стал ей родным. Это ее второй сынок и расставание с ним будет просто невыносимо. Но подруга рассуждала здраво:
— «Пойми же ты, наконец, он теперь не успокоится, пока не вышвырнет его. А приюты для животных в Голландии в тысячу раз лучше, чем в нашей многострадальной стране дома для престарелых людей, если хочешь знать! Кешка все время с тобой, он даже понятия не имеет, что на свете существует еще море таких четвероногих, как он сам. Ему там будет вольготно и уютно. Мы с тобой обязательно туда наведаемся. А когда все утихнет, ты выйдешь замуж и он успокоится, Кешку можно будет забрать.»
Слова подруги возымели таки свое действие: деваться действительно было некуда и она согласилась. На удивление, никакой волокиты и лишних вопросов. Женщина на следующий день пришла за Кешкой и унесла его в специальной клетке с собой. Бедное животное так и не поняло, что расстается с хозяйкой навсегда. Однако его радость была неподдельна: наконец-то он покидает этот ненавистный ему дом.

Проходили недели, она терпеливо ждала его решения. И когда, наконец, в один из вечеров он, лежа на диване, вдруг прошамкал своим беззубым ртом, что жениться не намерен, потому что все еще, оказывается, не может забыть свою жену, она чуть не расцеловала его. Ей уже было все равно, что ждет ее впереди, она благодарила Бога за то, что не дал свершиться этому чудовищному браку! До окончания ее трехмесячной визы оставалось 10 дней и она радостно стала собираться в дорогу. Она знала, что там, в далекой России ей будет жутко тяжело первое время начинать все с нуля, но это были мелочи жизни по сравнению с той трагедией, которая могла произойти здесь с ней в благодатной и уютной Голландии.

Сейчас, вспоминая ледяной дом, где жила практически впроголодь, она умиленно улыбается, думая о своем питомце. Наверное, Господь отправил ее туда для того, чтобы Кешка обрел по настоящему свое буржуинское счастье.
Недавно она получила письмо от подруги, которая писала, что Кешкина красота приворожила одну богатую нидерландку и теперь кот имеет свою отдельную комнату в вилле. К нему приставлена прислуга, которая моет и расчесывает его каждое утро, пичкает деликатесами и выводит на прогулку. А ежемесячно Кешку осматривает доктор, самолично делая ему «маникюр» и «педикюр» вместе взятые…

2005

Все права сохранены © Перепечатка текста без согласия автора и указания источника запрещается